Фил Льюис (L. A. Guns): «В жизни всегда есть место новой истории»

Конфликт между гитаристом и вокалистом – классическая история для рок-группы. Достаточно вспомнить ссоры Йэна Гиллана и Ричи Блэкмора, Стивена Тайлера и Джо Перри, Роджера Долтри и Пита Тауншенда, Дэвида Ли Рота и Эдди Ван Халена. Даже родные братья Крис и Рич Робинсоны умудрялись ругаться на этой почве. 15 лет назад такой разлад произошёл и между участниками LA.Guns Филом Льюисом и Трэйси Ганзом. В результате появилось две версии группы, и фэны были в недоумении, какая же из них легитимная. Но вот наконец-то музыканты сумели уладить все недоразумения, из двух составов LAGuns был собран один, и это явно пошло на пользу творческому процессу. Новый альбом “The Missing Peace” звучит в лучших традициях «голливудских вампиров»! Чем не повод для беседы с Филом Льюисом, который оказался приветливым и внимательным собеседником?

ENGLISH VERSION

Привет, Фил! Это Роуди из России.

О, Россия! Очень необычно! Не так уж часто мне приходится разговаривать с кем-то из России. Как жизнь?

Отлично! А у тебя? Менеджер группы говорила, что вы собирались на гастроли в Японию. Как всё прошло?

Да, мы вернулись из Японии два дня назад. Это была короткая поездка. Мы отыграли всего один концерт и улетели на следующий день. Так непривычно. Сам концерт прошёл на ура. Мы выступали на фестивале “Loud Park” в Токио. Это крупный метал-фетиваль, и мы играли перед 25 тысячами человек.

Что ж, давай перейдём к событиям в лагере LAGuns. Знаю, что тебя уже много раз спрашивали об этом, но всё-таки – как получилось, что вы с Трейси зарыли топор войны?

Это был постепенный процесс. В 2014 году, перед Рождеством, в Лас-Вегасе состоялось одно благотворительное мероприятие, целью которого был сбор средств на игрушки для бедных детей. Трэйси согласился выступить там со своей группой. Организаторы мероприятия также попросили меня выступить и исполнить несколько песен, что я и сделал. Всё прошло очень хорошо. Потом мне предстояло дать два сольных акустических концерта. Я пригласил Трэйси выступить со мной на обоих шоу, и пока мы готовились к этим концертам, он сыграл мне несколько песен, которые готовил для своей новой записи. С этого всё и началось. Но изначально реюнион не планировался, просто так всё срослось. Было здорово увидеться после стольких лет, снова стать друзьями. Думаю, это было правильным решением для нас обоих.

Правильно ли я понимаю, что название “The Missing Peace” («Мир, которого не хватало») как раз о вашем примирении с Трэйси?

Да. Тут важно значение слова «мир» – отсутствие вражды. Думаю, это название объясняет суть ситуации. Я действительно скучал по Трэйси, а он – по мне. Мне казалось, что без примирения с Трэйси чего-то не хватает, и я рад, что всё встало на свои места.

Это очень здорово! Но в итоге получилась забавная ситуация – ты ушёл из L.AGuns, чтобы присоединиться LAGuns. Какова судьба того состава с барабанщиком Стивом Райли?

Как ты знаешь, какое-то время существовало две версии L. A. Guns, и мне тут нечем гордиться – скорее этого надо стыдиться. В общей сложности через две эти группы прошло порядка 47 музыкантов. Наверное, мы поставили своеобразный рекорд, вплотную подойдя к показателю в 50 музыкантов. Это даже забавно. Но всё это уже не важно, потому что теперь есть одна версия L. A. Guns. Из той версии L. A. Guns, где был Стив, со мной ушёл гитарист Майкл Грант, а из группы Трейси мы взяли басиста Джонни Мартина и барабанщика Шейна Фитцгиббона. В итоге мы собрали идеальный состав.

Я очень рад за вас с Трейси! Новый альбом даёт хорошего пинка!

Вижу, альбом тебе понравился. Какая песня у тебя любимая?

Ойих многоНунапример, “The Devil Made Me Do It”.

Да, это классная вещь.

Потом Speed и Baby Gotta Fever”… На альбоме полно номеров, которые пришлись мне по вкусу. Кстати, легко ли было работать с Трэйси после столь длительного перерыва?

У нас совсем не было трудностей. Всё было очень легко. Альбом был создан очень быстро. Трэйси поделал отличную работу как продюсер. Он вынашивал идею этого альбома несколько лет и имел чёткое представление, чего хочет добиться. Он прекрасно справился с поставленной задачей и проявил лидерские качества во время записи. Мы усердно работали, но получали от процесса огромное удовольствие. Так что никаких трудностей не было. Все были вовлечены в сочинение песен – Джонни, Шейн и Майкл предлагали идеи для песен. Так что альбом стал плодом коллективных усилий. Мы даже обсудили идею записи ещё одной пластинки.

Мне показалось, что “The Missing Peace” звучит в духе ранних LAGuns.

Да, это так, хотя мы и не пытались создать ностальгическую запись. У нас не было цели записать альбом, звучащий как “Cocked & Loaded” или “Hollywood Vampires”, просто так получилось. Но ты прав, на новом альбоме есть фрагменты, напоминающие о наших ранних записях, но это вполне естественно, ведь в сочинении этого материала принимали участие я и Трэйси. В то же время на диске есть вещи, которых мы никогда не делали в начале нашей карьеры. Например, заглавный трек. Он напоминает Dio или Rainbow – такое нечасто услышишь на записях L. A. Guns. Мне нравится эта композиция. Она демонстрирует способность группы сочинять что-то новое и свежее для себя.

В некоторых песнях с этого альбома есть забавные намёки на другие группы. Например, в “Speed” есть слова “Nobody Gonna Take My Car” – явная отсылка к “Highway Star” Deep Purple. Вы это нарочно сделали?

Да. У нас много таких перекличек с группами, которые на нас повлияли. “The Flood’s Just The Fault Of The Rain”, к примеру, навевает в памяти “The House Of The Rising Sun” The Animals. Но это не копия и не плагиат. Это наша дань уважения. И такие намёки на разные группы мы раскидали по всему альбому. Так что ты прав – мы использовали этот трюк и с Deep Purple, ведь мне нравится эта группа.

Мне лично показалось, что “The Missing Peace” – это своеобразное музыкальное путешествие от 1960-х к 1990-м. В “A Drop Of Bleach” чувствуется влияние Nirvana, чей первый альбом так и назывался – “Bleach” (дружный смех).

В случае с этой песней сходство с Nirvana получилось ненамеренным, но твоё наблюдение очень интересно.

В одном из интервью Трэйси говорил, что текст песни “Christine” на самом деле про ваши с ним отношения.

(Смеётся) Забавно. Кристин – это дочка Джейн (Джейн Мэнсфилд, актриса, погибшая в автокатастрофе в 1967 году. Ей посвящена песня “The Ballad Of Jayne” с альбома “Cocked & Loaded”.). Текст этой песни сочинил наш барабанщик Шейн Фитцгиббон. Он принёс текст на репетицию, и когда я стал читать слова, то подумал, что они, наверное, о дедушке и бабушке Шейна или о ком-то ещё из его семьи. В общем, я считал, что это такая романтическая и трогательная песня, и даже не задумывался, что Шейн написал её о нас с Трэйси. Но если вчитаться в слова песни, то всё встаёт на свои места – песня действительно о нас. Прикол был в том, что я единственный об этом не догадывался.

Ты спрашивал меня о моих любимых песнях, а какие фавориты у тебя на этом альбоме?

Я слушал это альбом с двух разных позиций. Сперва – как непосредственный участник записи. И естественно, что в этой ситуации я фокусировался на каждой конкретной песне. Но сейчас для меня важно слушать альбом целиком. Порядок песен, сочетание песен между собой – всё это имеет значение. Так слушали альбомы в прошлом, когда покупали их на пластинках. Сейчас люди предпочитают сосредотачивать внимание на чём-то одном: «О, вот это хит, а всё остальное так себе». Нам важно создавать альбомы, которые воспринимаются как одно целое и слушаются от начала до конца в один присест. Тем, кто ещё не послушал альбом, я могу сказать: да, на диске есть крутые вещи типа “Speed”, которые врезаются в память сразу же, но там есть и песни, которые нужно послушать несколько раз, чтобы по-настоящему оценить. Ну а если всё-таки выбирать песню, которая мне нравится больше других, то сейчас это “The Devil Made Me Do It”. Скоро у нас начнутся репетиции, и мы планируем включить её в концертный сет. Кроме неё в сет должны войти “Christine”, “Baby Gotta Fever”. Мы планируем исполнять живьём пять-шесть новых песен. Возможно, за один концерт мы будем играть по две-три из них. Мы хотим, чтобы сет-лист выступлений был интересным и для нас, и для фэнов, особенно если мы будем выступать где-то по два вечера подряд.

Меня всегда интересовало, как вообще группы определяют порядок треков на альбоме. Почему одна песня становится номером три, а другая – номером семь?

О том, как расположить песни на альбоме, нам рассказал Энди Джонс. Вообще, если ты знаешь, к чему стремишься, то всё получается достаточно легко. Нужно записать названия песен на бумаге и посмотреть, как это выглядит, а затем поменять песни местами, если что-то не нравится. Это не такой уж длительный процесс. Именно так мы и работали над трек-листом в этот раз. Например, с песней “The Missing Peace” всё было понятно сразу – она должна закрывать альбом. Некоторые вещи были очевидны, над другими пришлось немного подумать. Но этот метод с выписыванием названий в определённом порядке работает. Так проще, чем обдумывать всё в голове.

Ты упомянул “The Devil Made Me Do It”. Что вдохновило на её создание?

Это песня Майкла Гранта. Он сочинил её какое-то время назад, и мы хотели записать её с той версией L. A. Guns, в которой мы играли со Стивом Райли, но проблема была в том, что Стив не хотел записывать новый альбом. У нас был альбом “Hollywood Forever”, и мне он нравился, так что я хотел вернуться в студию и записать что-то новое, но это не входило в планы Стива. Так что мы решили использовать её на этом диске, и песня вписалась в общий контекст наилучшим образом.

У меня ещё такой вопрос – чего тебе стоило стать успешным с LAGuns? Нередко людям кажется, что группы типа вашей или Guns N’ Roses в 80-е годы становились популярными в одночасье, не приложив никаких усилий. Но ведь так не бывает.

Ну, Guns N’ Roses – это феноменальная группа, и её успех – нечто трудно объяснимое. Они действительно быстро набрали обороты, потому что “Appetite For Destruction” – это идеальная рок-запись, которая стала саундтреком к жизням многих людей и до сих пор остаётся таковой. Нам же для успеха потребовалось приложить больше усилий. Мне нравится “Appetite For Destruction” и кое-что из того, что Guns N’ Roses делали потом, но для меня этот альбом так и остался пиком их творчества. С нами всё было по-другому. “Cocked & Loaded” стал шагом вперёд по сравнению с дебютным релизом, а на “Hollywood Vampires” мы двинулись чуть в другую сторону.

Пришлось ли тебе пожертвовать чем-то ради этого успеха?

Хороший вопрос. Многим кажется, что невозможно иметь семью и быть гастролирующим музыкантом. Был момент, когда я уходил из музыки. Это случилось, когда я стал отцом. У меня появилась обычная работа – я работал на телевизионную компанию. Это длилось целых четыре года. Я даже думал, что всё – с музыкой покончено. Это было примерно в 1999–2000 годах. Мне казалось, что теперь музыка будет для меня только хобби. Так было до первого реюниона группы в оригинальном составе. Но в итоге мне удалось совместить семью и карьеру музыканта, хотя это и не так просто. У меня хорошие отношения с дочкой, чего не скажешь об отношениях с её матерью.

Жаль это слышать.

Всё в порядке. Такова жизнь. Я никогда не планировал, что стану семьянином, устроюсь на работу. Просто так получилось. В жизни многое выходит само по себе.

У многих музыкантов уже вышли книги или автобиографии. Тебе не хочется написать свою книгу?

Я думал над этим, и мне бы хотелось однажды сделать это. Но жизнь продолжается, и вместе с ней начинается новая глава или новая история. Я не готов написать последнюю главу в своей книге.

Ну и традиционный вопрос под конец интервью – хочется ли тебе выступить в России?

Конечно, я бы хотел выступить у вас. Я никогда не бывал в России, даже на стыковочных рейсах через вашу страну не летал. Но думаю, у вас есть много поклонников рока. Если мне доведётся побывать в Москве или Санкт-Петербурге, это будет очень интригующе, ведь я совсем незнаком с Россией. Это будет совершенно новый опыт для меня.

В конце 1980-х – начале 1990-х LAGuns были весьма популярны у нас. Песня “Crystal Eyes” была большим хитом.

Неужели?

Да. Она была на всевозможных сборниках баллад. Правда, это всё были пиратские кассеты.

Да и ладно. Я ведь понятия не имел, что наша песня была популярна в России. “Crystal Eyes” – отличная композиция. Она о моей дочери. Мы написали эту вещь вместе с Трэйси. Людям она по душе, но нам трудно втиснуть её в концертный сет, ведь нам приходится исполнять “The Ballad Of Jayne”, а теперь ещё будет и “Christine”. Нам нужно быть осторожными и следить, чтобы в сет-листе не было слишком много баллад.

Thanks to Carol Maivelett for making this interview possible!

Rowdy McGuire 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*